13. Снежное рококо Дрездена. Старые мастера. Ярусы Фрауэнкирхе. Китайская Эльба в Пильнице. Великая ловля фотоаппарата

 

Дрезден. Цвингер снизу в дождь......и сверху в лучах солнца
Дрезден. Цвингер снизу в дождь......и сверху в лучах солнца

Возвращаясь в Германию, мы посетили столицу Саксонии и одну из ее загородных резиденций. Дрезден, когда-то известный как "Флоренция на Эльбе", был страшно разрушен американскими бомбардировками 1945 года и в социалистическое время застроен унылыми типовыми домами. Восстановлена лишь линия зданий вдоль реки, от Цвингера и Оперы до конца Брюльской террасы.

 

Дрезден, Цвингер, гротескиГалерея Земпера - Старые мастера
Дрезден, Цвингер, гротескиГалерея Земпера - Старые мастера

Я был в Дрездене и в советскую тишь, и в перестроечное время, когда и люди, и город показались мне нервными, межеумочными, не принявшими новых форм. Ждал довершенного, благоустроенного Дрездена. Вместо этого дождался ледяного дождя и убогих, торчащих из-за каждой церкви новостроенных коробок.

 

Дрезден. Краны над Цвингером
Дрезден. Краны над Цвингером

Визуальная экология полностью отсутствует, крыши и краны видны аж из двора Цвингера. Печаль по утраченному городу Августа Сильного, городу Гофмана, где его герой, студент Ансельм, увидел с моста плывущих зеленых змеек и влюбился в лучистые глаза одной из них, эта печаль осталась неутоленной.

 

Цвингер – партер в центре барочной резиденции – в хорошем состоянии, все в нем открыто, включая и Галерею старых мастеров. Только очень уж много кривляющихся каменных рож - какой-то примитивный, недостойный Саксонии немецкий гротеск.

 

Что же, в Галерею, в которой я не был лет пятнадцать и которую любил как музей шедевров! И вдруг пошли гэдээровские штуки: гардероб платный, вход однократный. Скольким тысячам туристов из Европы эти нелепые мелочи отравят свидание с Сикстинской Мадонной. Внутри порядок и развеска картин неизменны с позапрошлого столетия. И очень портят знакомство с коллекцией. Вкусы академические, поэтому центральную повышенную Трибуну занимают полотна Карраччи и Рени, а великие картины разбросаны среди малозначительных вещей маньеризма и барокко. М-да, а я уже успел отрекомендовать собрание как музей шедевров. Все шедевры налицо, но их около пятидесяти, прочих же картин в десять раз больше. Не постарели в моем восприятии "Портрет молодого человека" Дюрера, алтарь Ван Эйка, "Спящая Венера" Джорджоне, "Портрет человека с орденом Сант-Яго" Веласкеса, "Инеса и ангел, укрывающий ее покрывалом" (хотя на этикетке теперь не Сурбаран, а какая-то школа, это все равно шедевр и я его все равно люблю!). В собрании Рембрандта вновь порадовал бравый "Автопортрет с Саскией на коленях" (ведь это художник-мот в образе Блудного сына), поразило человечностью "Жертвоприношение Маноя" с молящимися героями, и вновь – какой-то жестокостью, анатомией человеческой жалкости, поразило "Похищение Ганимеда". В Дрездене замечательные поздние его портреты. Однажды мама, посмотрев в репродукции на один из них (профильный), сказала с чувством: "Да... Грязный, золотой старик"... Снова вспомнил о ней, бывшей за свою долгую жизнь лишь в Праге, и то потому, что я там учился.

В прошлые разы мне казалось, что я "вижу" Сикстинскую Мадонну, лики ее и Младенца, величие их жертвы. Сегодня я видел лишь золотистую дымку, съедающую все детали. Может быть, искусствоведы слишком привязаны к своим улучшенным репродукциям?.. Мне показалось, что она так же недосягаема в этом стекле и на этой стене, как Мона Лиза в двойном колпаке Лувра. А вот Розальба Карьерра – прелесть, ее пастельные портреты такие живые, задорно глядящие из-под фарфоровой пудры. Даже лучше, чем соседние вещи Кантен-Латура. И, конечно, фройляйн Бальдауф, "Прекрасная шоколадница" на чудесной пастели Лиотара, точной как фотография, и нежной как ...как пастель.

 

Дрезден. Фрауэнкирхе. Десять минут до ледяного потопа
Дрезден. Фрауэнкирхе. Десять минут до ледяного потопа

Прогулка под солнцем и ветром привела к недавно отстроенной Фрауэнкирхе, вытянутый купол которой стал для Дрездена тем же, чем Санта Мариа дель Фьоре для Флоренции. Счастье, что она вновь с нами, в социалистические времена здесь была только заросшая руина с назидательной надписью. Интерьер невероятен – оказывается, все тело храма занято лентами балконов и хор. Я насчитал пять ярусов, как в Большом театре. Видимо, Август полагал, что это и будет место для сбора всего света Саксонии. Комбинация храма и театра меня совершенно заворожила, поэтому я не очень удивился, когда в открытые двери полетел снег, а за ним и град.

 

 

Пильниц. Верхний Китайский дворец
Пильниц. Верхний Китайский дворец

Под ним и пришлось возвращаться в автобус, хороня мысль о поездке в Пильниц. Но снег кончился так же внезапно, как пошел, мы долго ехали вдоль великолепных пригородов с виллами и замками, глядящими на Эльбу и оказались на границе пильницкого парка.

Наш сопровождающий Артем Павлов у карты Пильница
Наш сопровождающий Артем Павлов у карты Пильница

Архитектура здесь экзотическая – два китайских дворца один за другим и двухосевая – есть дворы и напротив Эльбы, и сбоку от нее. Под карнизами – изображены десятки "китайских" сценок.

 

Пильниц. Китайская жизнь под карнизами дворцов
Пильниц. Китайская жизнь под карнизами дворцов

 

Боже, чего там только не было! Войны, казни, встречи, повозки, ноздристые скалы (я вспомнил Багатель и его скалу с беседкой), стрельба из пушки ... нет, не по воробьям, а по фениксам, которых в этом настенном Китае было не меньше, чем воробьев в Москве. Наивный стиль, но уютный и милый.

 

Перекрученные деревья на партере Пильница
Перекрученные деревья на партере Пильница

 

Пильниц. Морская животина на боковом фасаде
Пильниц. Морская животина на боковом фасаде

Дворцы хороши еще и тем, что их протяженные силуэты вторят спокойным линиям реки, набережной, восхитительной лестницы с закругленными ступенями. В какой-то момент в пустынный двор валом повалил народ. Оказалось, что экскурсионный пароход с колесами и трубой сделал здесь остановку.

 

Пильниц. Нижний Китайскийдворец и набережная Эльбы
Пильниц. Нижний Китайскийдворец и набережная Эльбы

Потом он погудел, забрал своих пассажиров и быстро отбыл в Дрезден. И мы одни осматривали великолепный пейзажный парк с оранжереей, деревьями, прудами, китайскими беседками.

 

Пильниц. В поисках нырнувшего фотоаппарата
Пильниц. В поисках нырнувшего фотоаппарата

Я делал последние снимки в сумерках, когда началось нечто невообразимое и пугающее. Поворачиваясь на шум, вижу, что на меня бегут три мужика с дрекольем, которых возглавляет деятельный Сергей Иконников... Но вместо того, чтобы меня бить, они проследовали дальше, приговаривая: "Ничего, все в порядке". Побежал за ними и я, узнавая, что Павел Николаевич уронил фотоаппарат в пруд. "Подбирался к уточкам, упал, и он кувырнулся через голову". Откос каменный, глубина три метра, персонала в парке нет.

 

Не успел я моргнуть глазом, как спасательная команда вынула шнурки из ботинка, привязала ими грабли к дубине и начала черпать холодную воду. Тут же появилась Леонарда Антоновна Орембо с подпорой, вытащенной из-под бедного клематиса, и работа закипела с новой силой. Трудно поверить, но через десять минут темный Пильниц огласили победные крики.

Нырнувший Кэнон вытащили и понесли в автобус как добытого оленя. Хочу быть ландшафтником и все уметь!.. Тем памятным делом и закончилась наша Европа.

 

 

 
© Б.М. Соколов - концепция; авторы - тексты и фото, 2008-2019. Все права защищены.
При использовании материалов активная ссылка на www.gardenhistory.ru обязательна.